Думать о других естественно или это невроз?

16 августа 2017
8730

Ирина Млодик

Психотерапевт, к.п.н.

Моя френдлента в Facebook состоит в основном из психологов. Поэтому в ней много призывов "идти за собой", "жить для себя", "быть собой". Не искушенному психологией читателю может даже показаться, что нет более эгоистичных существ, чем психологи. Настолько, кажется, перекошен у них фокус внимания в сторону важности собственной персоны. А как же другие люди? Кто о них подумает?

Попробуйте в среде неофитов от психологии сказать что-то вроде "И в этот момент я решила, что я сделаю для мамы все, что ей нужно" или "Когда моим близким нужна помощь, я не могу отказать им в заботе". Есть большой риск получить в ответ осуждение, насмешку или нравоучение: они сами о себе должны позаботиться, займись собой.

Как будто бы действительно участие в жизни близких равнозначно невротическому поведению. Возникает вопрос: а если благополучие моего окружения влияет на ощущение собственного благополучия, тогда как? "Тогда это созависимая позиция, – заявят молодые психологи, – ее нужно изживать".


Некоторые психологи и правда считают, что радеть о близком – чуть ли не предательство себя и своих интересов. Для "просто людей" заботиться о других – это насущная необходимость, долг, ответственность, возможность почувствовать себя хорошим, добрым, нужным. Такое поведение очень поддерживает и одобряет общество. Поэтому, начитавшись того, что пишут психологи, "просто люди" начинают подозревать, что те лишь "плохому научат", разрешат быть эгоистами.

Я не поддерживаю любые крайние позиции в этом вопросе. Не всякая забота о ближнем – проявление созависимой позиции, иногда это просто готовность и желание помочь, когда есть возможность, без мазохизма или предательства себя. С другой стороны, не всякий персонаж, отлично умеющий о себе заботиться, будет образцом психического здоровья.

Когда благополучие близких становится слишком большой частью психической жизни человека – это мешает ему почувствовать себя отдельным

Наши близкие – важная часть нашей жизни. Их состояние, настроение, ощущения нам не безразличны. Качество нашей жизни не может не зависеть от того, какое оно у них. Переживать за близкое окружение и вкладываться в их жизненный комфорт – значит вкладываться в свой личный комфорт и спокойствие. Это прививка от тревоги, чувства вины, страха потери.


Я придерживаюсь мнения, что никакого чистого альтруизма не существует. Заботясь о других, мы в первую очередь заботимся о себе. Тот, кто это осознает и честно готов в этом признаться, мне намного симпатичнее, чем тот, кто говорит, что ему самому "ничего не надо, лишь бы у вас все было хорошо".

Среди первых случается, что благополучие близких становится слишком большой частью психической жизни человека – это мешает ему почувствовать себя отдельным, даже если он отлично осознает желание перестать зависеть от других. Вот именно для таких, как он, и существует этот, "поддерживающий эгоизм", посыл от психологов: "повернитесь к своей жизни", "найдите себя", "перестаньте заниматься другими, займитесь собой".

При этом у психолога, как правило, нет задачи сделать из бедолаги эгоиста, профессионал просто укрепляет право своего клиента на организацию чуть большей автономии, чем у него была ранее. Без этой автономии очень трудно ощутить себя… отдельным и живущим.

Но перейти от созависимой позиции к более автономной совсем не просто, и одними лозунгами, призывами и даже тренингами не обойтись. Как правило, требуется достаточно непростая и небыстрая работа над личной историей и психикой. Такой человек, даже после курса психотерапии, не перестает заботиться о близких – просто он научается вкладываться и в себя самого. И делает это осознанно, прямо, ответственно и желательно с полным правом.


Думать о других естественно или это невроз?
После проработки созависимой позиции с такими людьми становится легко. Они вызывают у меня уважение. Рядом с ними спокойно еще и потому, что вместо навязчивой заботы и "служения" они учатся говорить прямо: "Тебе помочь?", "Я переживаю за тебя. Я что-то могу для тебя сделать?". Они не будут бросаться на помощь "из благих намерений" или чтобы показать свою добропорядочность – совершенно не замечая вас при этом.

Но есть другая категория людей. Они убеждены в собственной высокодуховности на том основании, что будто бы совсем не думают о себе и только беспокоятся о близких, бедных, народе, человечестве. Отлично могу понять, но сами они вызывают у меня подозрение и скуку.

Их позиция – либо "мне самому ничего не нужно", либо "делай добро, и оно к тебе вернется". Я не раз встречалась с тем, как эти прекрасные и щедрые люди не замечают, как именно удовлетворяются их личные потребности – увы, не прямо, а неосознанно и манипулятивно, часто за счет чьих-то вложений и усилий.

Одна такая очень добрая женщина, например, при каждом посещении утаскивала из нашего офиса приличное количество пакетиков чая – видимо, считая их "ничьими". Как вы понимаете, не жалко чая, но ничьим он точно не был. Или другая – пустив жить к себе домой дядю-алкоголика, обижалась, если родственники не давали ей большую сумму в долг: "Банки же берут огромные проценты за кредит!"


Энергия для жизни не берется из ниоткуда. Человек живущий потребляет и нуждается не только в материальном, но и в эмоциональном взаимообмене. И если человек не пополняет свои ресурсы еде, пище, тепле, доме и заботе, он либо все равно делает это – не очень осознавая и вытесняя, – либо разрушается и погибает.

Люди, склонные считать себя высокодуховными, не исключение. Просто зачастую им трудно признать, что они тоже много получают от других людей, в том числе – от своего самоотречения. Им кажется, что они самые альтруистичные и щедрые люди на свете, а на самом деле с ними трудно, потому что совершенно непонятно, какой окажется плата за такое служение и в какой момент они решат ее взыскать.

Часто хочется сказать им: "Высокая духовность – не саморазрушение, свидетелями которого вы нам предлагаете стать. Другие могут обихаживать себя сами, дайте им такую возможность. Разрешите им проявить свою человечность, доброту и хотя бы иногда позаботиться о вас".

В конце концов, потребность быть добрым и участливым есть у многих людей, но она почему-то экспроприируется "высокодуховными". Если долгое время у них не просыпается хоть какое-то право и необходимость позаботиться о себе, достаточно скоро опека об этом человеке ляжет на плечи его близких.


И сколько у них будет чувства вины за то, что они, сами того не желая, "довели почти до могилы" того, о ком вполне могли и хотели позаботиться, но им не дали шанса. Не все могут позволить себе роскошь принять чужую заботу.

Есть еще и третьи, которые уверены, что их личные потребности могут и должны затмевать потребности социальные: "Мне важнее всего – я сам. Если я в чем-то нуждаюсь, надо отодвинуть все и всех, а каково это им – их забота".

Часто, к сожалению, эта категория трудящихся по каким-то причинам путает уважительную позицию в отношении своей и чужой автономии и хамство. Им кажется, если они опаздывают, меняют планы, причиняют другим людям эмоциональную боль и живут, не обращая внимания на то, как именно их поступки воспринимаются окружением, – это здоровое поведение.

Если при этом люди обижаются, расстраиваются или возмущаются – их проблемы. Это заблуждение приводит к бесконечным раздорам, разрыву значимых и незначимых связей, одиночеству.

Любители таким образом отстаивать себя часто сетуют на то, что все вокруг "нездоровы", думают только о себе (а не о них) и не хотят понять и принять их, таких прогрессивных и продвинутых, с их потребностями и нуждами. И забывают, что истинное принятие диалогично, уважительно и обоюдно.

Думать о других естественно или это невроз?
Всем трем категориям очень тяжело воспринимать наличие пары. Они так устроены, что их психика как будто способна удержать только один объект. А в паре люди способны к принятию, конфронтации или диалогу.

У первых (созависимых), на первый взгляд, существует только значимый Другой. Его постоянное – невозможное в реальности – благополучие дает хоть какой-то шанс созависимому заняться своей жизнью. На деле Другой достаточно быстро замещается тревогой и вездесущим контролем созависимого и пропадает как автономная единица.

Вторые (высокодуховные) тоже думают о Другом. Себя они как бы исключают и отодвигают свои потребности в неосознаваемое – на самом деле не очень прямым способом удовлетворяют какие-то свои потребности.


Для третьих есть только они сами. Учесть одновременно потребности или переживания еще и Другого – уже слишком сложно.

Конечно, есть еще и четвертые – воспитанные в правильной связанности с другими, в уважении к чужой и своей автономности, в достаточной эмпатии, в семейных и родовых правилах. Для них нет противопоставления в вопросе "что важнее – забота о себе или о другом?". У них получается естественным образом ежедневно совершать этот выбор.

При этом они не охвачены намерением "быть хорошими" или "контролировать нерадивых и неспособных". У них изначально нет ощущения, что они или какие-то другие люди плохи, что им нужны какие-то специальные усилия для того, чтобы "улучшиться" или измениться. Они просто есть. И рядом с ними живут другие: близкие, далекие, важные и не очень. И учитывать их желания и потребности так же естественно и просто, как свои собственные.


Метки: Невроз, Отношения, Созависимость,

Оцените материал:
Чтобы сообщить об ошибке, выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Читать по теме:

|

Читать по теме:

|
Успешная регистрация

На Ваш Email отправлена ссылка
для подтверждения регистрации!

Успешное подтверждение регистрации

Теперь необходимо авторизоваться

Авторизация
Восстановление
пароля
Восстановление
пароля
Письмо успешно отправлено на указанный вами адрес.
Регистрация
Регистрация
для специалистов
На данный момент возможность регистрации организаций не доступна. Мы запустим этот функционал в ближайшее время.
Написать сообщение
Запись на приём