Реклама

Феномен усталости в браке

15 Января 2020
30115


Автор: Екатерина Уголева, семейный психолог, психолог-консультант. 

За последние полтора – два года ко мне обратилось большое количество семей и пар, сложности которых были очень схожими. Если коротко, то они заключались в следующем: после 7-10-16-18 лет супружеской жизни один из супругов хочет уйти из семьи: на время или окончательно, так как не видит никаких способов оставаться рядом с другим. В некоторых случаях этого хотели оба супруга. Конечно, можно сказать, что это общее место в семейной и супружеской терапии. Однако, схожесть ситуаций, их общий рисунок стал наводить меня на размышления о том, что, возможно, есть некий набор факторов (внутренних, динамических, а также внешних), влияние и сочетание которых приводит к такой ситуации в семье, то есть к возникновению семейного кризиса именно такого типа. Похожих обращений так много и они настолько однотипны, что я назвала такой тип кризиса "феноменом усталости в браке".
Реклама

Я попыталась проанализировать несколько случаев работы с семьей, парой, выделить и описать влияющие на возникновение данного феномена факторы.

В самом начале, когда отношения только завязываются, они, как правило, наполнены позитивными проекциями-ожиданиями в отношении будущей семейной жизни и своего будущего супруга. Весь их предыдущий опыт создал предпосылки для встречи друг с другом: "...соответствие между партнерами в браке абсолютно полное. Оно заключается не только в том, как супруги дополняют друг друга, но и в том, как каждый воспринимает другого с точки зрения развития их отношений. Не стоит верить тому, кто скажет, что женился ради карьеры или потому что был пьян. Компьютер в нашей голове с биллионами клеток выбирает совершенно соответствующий себе другой компьютер, к которому можно подключиться", – утверждает Карл Витакер [2].

В предыдущем опыте обоих супругов формировались ожидания, установки по отношению друг к другу, а также "зоны внутреннего одиночества", (термин А.И. Палея, обозначающий те внутриличностные зоны, в которых в ранний период формирования личности, а затем и в более поздние периоды, люди не были поняты, приняты, и вынуждены были оставаться со своими сложностями одни) самовосприятие, отношение к себе, самооценка и пр. И со всем этим скарбом, сближаясь, люди отправляются "в плавание" друг с другом. В первые год-два-три (редко дольше) проекции-ожидания обычно "работают" на то, чтобы воплощались самые позитивные сценарии. И даже если что-то не получается, супруги трактуют эти неудачи в позитивном ключе ("ну ничего, он пока не складывает вещи аккуратно в шкаф и не интересуется оперой, но через какое-то время, конечно, будет это делать!"). Такие внутренние действия практически не осознаются людьми. 
Реклама

Например, рассудительность и спокойную отстраненность мужа жена воспринимает как надежность, ей на руку возможность эмоционального равновесия (он молчит и слушает там, где она много и "с душой" говорит). Он же в восторге от её темперамента и того, что рядом с ней он и сам начинает чувствовать себя героем. Ну, или она с самоотдачей заботится о муже, старательно забывая о себе, ведь перед ней настоящий мужчина, и о нем надо заботиться! Ему же это, безусловно, приятно: наконец, он встретил настоящую женщину, которая и слушать не хочет о том, что он тоже может ей в чем-то помочь! К тому же родители и другие близкие люди могут всячески поддерживать "такую замечательную пару" в их "гармоничном" взаимодействии: её мама, придя в гости, как само собой разумеющуюся принимает дочкину заботу о зяте с оттенком самоотречения (да и о себе заодно). Так пара и живёт. Но только до поры – до времени.
Реклама

После рождения ребёнка или нескольких детей, после трех, семи – десяти, нередко и 15-18 и даже 24-25 и 30 лет супружеской жизни, то есть, на этапе, когда семья совершенно незаметно для себя "вплывает" в зону нормативного кризиса, как правило "приправленного" внешними обстоятельствами (о них чуть позже), восприятие супругами друг друга меняется. И часто на 180 градусов. Те проявления и качества партнера, которые на первых порах воспринимались как позитивные, желанные и долгожданные, начинают восприниматься совершенно по-иному. Те же спокойствие и рассудительность мужа, дававшие жене в начале отношений ощущение защищенности, надежности и доверия, после нескольких лет совместной жизни воспринимаются как равнодушие, холодность, пассивность и отвержение. Покладистость жены воспринимается мужем как наплевательство, отсутствие внимания к нему, уверенность и инициативность – как попытка контролировать и давить. Но это не всё. "Доплыв" до определенного возраста в одной лодке с супругом, человек начинает иначе относиться к себе.

Из практики

Имена, профессии и все остальные признаки, по которым можно было бы узнать конкретных людей, тщательно изменены.

Пример 1.

Первые 7-8 лет брака молодая женщина много и с удовольствием заботилась о муже, у которого были проблемы со здоровьем эпизодического характера. Она готовила ему вкусную еду, каждый день делала уборку, "не надоедала своими разговорами", если он приходил уставший. После рождения ребёнка она старалась и уход за ребёнком взять на себя, не отягощая мужа. В этот период своей жизни семья несколько раз обращалась за помощью в связи с вопросами, как бы не касавшимися жизни пары (родители, работа, здоровье мужа). Жена всячески отрицала возможность и уж тем более необходимость больше заботиться о себе, говорить о своих потребностях. Муж неуклонно поднимался по карьерной лестнице. Через пару лет семья снова обратилась за помощью. Они пришли втроем с 3-летней дочкой. И, надо сказать, ситуация была совсем другой:
Реклама

Жена (Ж): Все, я больше не могу, меня трясет от него (мужа), он мне не помогает, у нас нет секса давным-давно, да и зарабатывает он меньше, чем нужно. В общем, я хочу уйти от него, с ребенком.
Терапевт (Т): Маша, а что случилось?
Ж: Ничего! Я же не нянька ему в самом деле! Почему тогда он использует меня и ни в грош не ставит?
Муж (М): Я вообще ничего не понимаю. Приезжала Машина мама, пожила у нас какое-то время, и она (Маша) как с цепи сорвалась... Маш, ну ты что?

В дальнейшем разговоре выяснилось, что жена никаким понятным для мужа образом не давала ему понять, что ей тяжела жизнь, которой они живут долгое последнее время (по её словам, последние года 3-4), он принимал её заботу как должное, и ему и в голову не приходило, что ей чего-то серьезно не хватает. Муж был растерян, обескуражен и раздражен этим, делая, тем не менее, шаги навстречу к ней. Но Маша на тот момент ничего не хотела слышать, ей нужно было жить отдельно с ребенком. Ситуация вспыхнула после вполне "рядового" приезда её мамы, у которой резко ухудшились отношения с младшей дочерью, уехавшей на учёбу.
Реклама

Пример 2.

Пара, прожив друг с другом 10 лет "просто идеально", по словам жены, пришла на консультацию после того как муж безо всяких объяснений после небольшой ссоры уехал жить к другу. Безутешная жена плакала и пыталась его вернуть, по ходу обвиняя его в том, что он её бросил, предал и сделал это самым гадким образом. Он же, поначалу молча выслушивая её претензии и плач, понемногу стал говорить о том, что с ним. Уходу мужа предшествовали сложности на его работе и начавшиеся со стороны разговоры о ребёнке, которого у них пока не было.

М: Всю нашу жизнь я подстраивался под тебя, не жил своей жизнью, даже поженились мы из-за того, что ты настаивала, и теперь я понял, что меня нет... Я какой-то придаток тебя.. И это длится очень давно!
Ж (очень эмоционально, в слезах): Да как же так! Мы же все с тобой решали вместе: ты сам сделал мне предложение и я согласилась!
М: Да, я сделал тебе предложение, но ты так этого хотела, что я не мог этого не сделать. Ты всегда делала всё, что хотела, а я соглашался, чтобы тебя не расстроить. И где в этом я? Где, скажи мне? (с гневом).
Ж: Да как ты можешь такое говорить? Я делала всё, что ты хотел! Всё! Ты не хотел, чтобы я уезжала на стажировку в Англию, и я туда не поехала, ты не хотел встречать Новый год вдвоем, и мы ехали к друзьям или твоим родителям! Ты сошёл с ума!
Т: Павел, Вы чувствовали, что хотите что-то другое, а делали то, что хотела Татьяна?
М: (после паузы, понуро)... Да я вообще не понимал, что хотел! Только очень смутно догадывался о том, что что-то не то происходит.
Ж: (крайне обвинительно) Вот именно! А причем тут я?!
Т: Таня, подождите, важно, чтобы Павел договорил.
Ж: (плачет, отвернувшись от мужа).
Т (снова обращаясь к мужу): Вы не понимали, что Вам нужно, и – соответственно никак не давали знать, просто, видимо, не могли объяснить это жене?
М:(снова после паузы): ...мне кажется, я как-то пытался объяснить...
Т: Татьяна, а Вам было понятно, что Павла не устраивает, то, что есть?
Ж: Да нет, конечно! (возмущенно)
М: Значит, я теперь тебе говорю, что не могу находиться с тобой рядом. Мне надо жить отдельно!
Ж (слезы)

В Примере 3 пара, прожив друг с другом 15,5 лет, имея детей (подростка и 8-летнего), в течение многих месяцев раскачивалась между желанием расстаться (активным у жены и, скорее, соглашательским, со стороны мужа), и попытками остаться вместе, изменив что-то, либо приспособившись к тому, что есть. И, по словам обоих, стоило завести разговор о разводе, как отношения начинали улучшаться. Принять "нового себя" и "нового, совсем другого партнера", им было долгое время невозможно. И только заговаривая о расставании, парадоксальным образом, они начинали "чувствовать, что хотят быть вместе". Кратковременные вспышки возникали на фоне тягостного течения семейной жизни, с желанием расстаться, изменами и возвратами обратно. За пару лет до этого жена поменяла работу и начала активно учиться на психолога, у мужа дела на работе постепенно ухудшались.

Это примеры травматичных, порой резких и всегда неожиданных для партнёра изменений в супруге. Что же приводит пару к таким "разворотам"? Терапевтическая работа с этими и многими другими семьями и парами показывает, что в ходе семейной жизни неизбежно происходили изменения внутри каждого из супругов, менялись проекции друг на друга и, – что существенно – взаимодействие (коммуникация) между супругами была весьма неэффективна и оставляла желать лучшего.

Что мешало супругам сообщать друг другу о важных для них вещах и, таким образом ориентировать другого в тех процессах, которые происходили внутри у каждого из них? На этом я хочу отдельно остановиться.

Согласно теории семейных систем Мюррея Боуэна [1], существуют 2 основные переменные, обусловливающие состояние семейной системы: уровень дифференциации супругов и уровень тревоги в семье. "Основное положение теории семейных систем касается следующей проблемы: насколько мы дифференцировали или не дифференцировали свое Я, или в какой мере у нас не прояснены и не проработаны эмоциональные связи с семьёй, из которой мы происходим. Всё это – явления одного порядка" [2, с.81].

Эти переменные являются взаимовлияющими: чем выше тревога, тем больше снижается дифференцированность, увеличивается зависимость друг от друга и – соответственно, – наоборот: чем ниже дифференцированность каждого (а её уровень у обоих супругов примерно одинаков), тем быстрее происходит "заражение тревогой", и тем её уровень легче повышается. Это очень важные для семейной системы переменные. Нормативные (те, что "по графику") и ненормативные семейные кризисы (стрессоры, внезапно влияюшие на семью: экономический кризис, смерть близких, рождение ребёнка, выход на работу после декретного отпуска, резкое увеличение или уменьшение доходов и пр.) неизбежно повышают тревогу и понижают уровень дифференцированности, семья регрессирует к известным каждому паттернам поведения. Паттерны или стереотипы поведения – это бессознательные привычки, которые сидят в нас очень глубоко (по сути это то, как нас научили в родительских семьях воспринимать себя, других, мужские и женские роли, как относиться к тем или иным событиям изнутри себя и снаружи) и, по сути, определяют наше поведение.

На этапе, когда первые радужные представления – "сказки" о партнере и себе (думаю, именно в такой последовательности) несколько развеиваются, теряют свою силу, стереотипы восприятия, чувствования, понимания и взаимодействия берут верх. Фильтр, через который проходит информация о партнёре, жизни и себе как бы перестает пропускать надежды, мечты, вдохновение, спонтанность, радужное дорисовывание партнера и, наоборот, в большей мере начинает работать на высвечивание "негативных качеств". Из-за чего это происходит?

В какой бы семье мы ни росли, каждый из нас имеет внутри себя "невротические зоны" (те же "зоны внутреннего одиночества"), сформировавшиеся в результате нашего воспитания, своего рода внутрисемейного "заколдовывания". Внутри этих зон сохраняется определенная "запись", через призму которой мы воспринимаем и трактуем проявления наших близких и себя (например, "от тебя ничего не зависит, ты не влияешь на то, что происходит с тобой: только другой может тебя осчастливить"; "нужно подстраиваться – и только так можно жить в безопасности"; "близость опасна: не доверяй, но контролируй все вокруг, не приближайся сам"; "быть собой и быть близким с кем-то – несовместимые понятния", "близость достигается путем растворения в другом", ну и многие другие бессознательные схемы восприятия). Когда вследствие неизбежных кризисов высокая тревога проникает в семейную ткань, содержание этих зон актуализируется, и восприятие меняется. Это, конечно, происходит не в один день. Как правило, оба партнера (часто один из них в большей степени) в течение долгого времени, порой практически всей предыдущей совместной жизни накапливает результаты собственных действий и действий партнера в контексте данных установок, и может никак не отдавать себе отчет в том, что он не удовлетворен и фрустрирован в отношениях с другим. Смутные ощущения дискомфорта, вины, собственной незначимости могут очень долго сопровождать человека, но, воспринимая их как привычный фон, он не выделяет и не опознает их. Или же, в силу действия первичных позитивных проекций, замечая их, объясняет как неизбежное и то, что должно, в конце концов, пройти ("но он же любит меня, это он не со зла игнорирует меня, ещё чуть-чуть, и будет лучше").

В какой-то момент, часто "с помощью" неких обстоятельств, чаша переполняется, и один (реже оба) из партнеров ощущает свой предел в отношениях: "больше так невозможно, это ни к чему не ведёт!", "она меня разлюбила, и всё не имеет смысла!", "я больше не могу терпеть, ухожу!". И один (редко оба) партнер меняет траекторию своего движения в их отношениях. Тот, кто не допускал и мысли о том, чтобы сообщить о себе, попросить или потребовать нечто для себя, разворачивается и начинает жить только собой, забыв о другом; невероятно заботливый супруг, сдувавший пылинки с жены, изменяет; подстраивающийся всю жизнь, уходит, а любящая и настроенная на брак жена, "не может видеть мужа"...

Я много размышляла о том, влияют ли определяющим образом какие-либо факторы извне на то, что происходит в паре и семье и пришла к выводу, что определенно влияют. И данный "феномен усталости в браке", безусловно, на мой взгляд, связан с тем, что происходит "снаружи", то есть в более широкой системе: расширенной семье, городе, обществе, государстве (можно рассуждать и дальше).

Если в двух словах попытаться нарисовать несколько упрощённую схему, то она будет примерно такой: прожив некоторое количество лет друг с другом, добравшись до критической точки, кто-то из пары как бы теряет ресурс... Регрессирует. Обстоятельства, в которых живет в это время семья, очень важны. Члены семьи неизбежно испытывают периодические сложности в своей внутренней жизни, однако, при определенном стечении обстоятельств семья может объединяться и эффективно с ними справляться. То есть, регрессия может осуществляться в условиях защищенности и поддержки близкими. Однако, когда к этим внутренним сложностям прибавляются внешние, с ресурсами кого-либо из членов семьи возникают проблемы. Например, муж, испытвающий сложности с работой, зарабатыванием денег, собственным статусом в социуме (а это, как ни крути, до сих пор для большинства мужчин является ведущей, доминирующей задачей), очень вероятно, будет чувствовать себя неуверенно, уязвимо, а может быть, и беспомощно. Что, в свою очередь, при дефицитах в коммуникации между супругами, да и с другими членами ядерной и расширенной семьи, очень способствует снижению дифференциации и нарастанию тревоги. Супруг или супруга в данном случае является идеальным объектом для проекции, и свою неуверенность (которую большинству мужчин ещё и запрещено выражать, они ведь должны быть сильными и со всем справляться) он с большой вероятностью принесёт в отношения с женой.

Например, вместо того, чтобы открыться ей и сказать, что у него тяжелый период, и он нуждается в такой-то её поддержке, он будет проявлять "сильную", предписанную мужской ролью позицию: раздражаться, закрываться и блокировать способы обращения за помощью. Жена, в свою очередь, также испытывая тревогу, может прибегать к ядовито-обвинительным способам её выражения вроде: "из-за тебя мне плохо", что противоположной стороной обычно воспринимается как "ты мне всю жизнь испортил, из-за тебя я несчастна и страдаю" (по моим наблюдениям, наиболее ядовитый для большинства мужчин посыл).

Неконгруэнтно выражая чувства, желания и потребности, при существующем внешнем давлении, супруги "замыкают круг": испытывая острую потребность в поддержке, отталкивают (часто максимально болезненными способами) партнёра, видя друг в друге источник своих бед и переживаний. Этот механизм в какой-то степени является адаптивным, так как ругаться, предъявлять претензии и защищаться друг от друга – всё-таки сильная позиция, сильнее, чем транслирование беспомощности, растерянности и пребывание в депрессии от потери прежней идентификации (когда каждый себя чувствовал "ОК"). Однако, если такой способ становится хроническим, негативные проекции друг на друга фиксируются, давление может становиться невыносимым, и "мир переворачивается". Человек попадает в свою "зону внутреннего одиночества", место, где его не понимают и, возможно, не могут и не смогут (негативный прогноз будущего) понять и принять. Вот тогда и возникает "переворот". Становится невыносимым продолжать "как раньше", необходимо что-то изменить. Поскольку в таком сложном состоянии изменить внешние обстоятельства представляется практически невозможным, предпринимается попытка изменить внутренние, семейные: "я больше не могу жить такой жизнью, ты меня не слышишь и ни в грош не ставишь, – я ухожу!". Конечно, уход может быть не только физическим, "эмоциональный развод", как правило, ему предшествует и находит выражение в дистанцированиии, измене, ожесточении, сужении восприятия, болезни и пр. Второй партнёр может вести себя по-разному: если у него достаточно ресурсов, он может очень существенно помочь первому справиться с тяжёлой "по всем статьям" ситуацией. Однако, нередко жена (например, от которой отстранился и закрылся муж, чувствует себя одинокой, ненужной, незащищенной и "брошенной"), не может оказать нужную супругу помощь (а в большинстве случаев она и не догадывается какая именно поддержка ему нужна, к тому же, он чаще всего о ней и не просит), и, в свою очередь, воспринимает его действия как невыносимое давление с его стороны. Таким образом, активизируются защитные механизмы и регрессивные установки обоих супругов. И каждый, не находя поддержки в другом, усиливает болезненную ситуацию в целом. Пара приходит в тупик. Поскольку диада является неустойчивой системой, они втягивают кого-то третьего в свою "игру", триангулиуют: это может быть ребёнок, любовник, терапевт, чей-то родитель, и кто угодно ещё. Важно, чтобы этот третий не создавал устойчивую коалицию с одним против другого, тогда есть шанс помочь им выйти из кризиса (однако, если это ребёнок, втянутый в отношения родителей, для него задача непосильна и весьма болезненна – он, почти наверняка, надорвётся, помогая родителям).

На мой взгляд, внешних факторов, оказывающих серьезное давление на семью, всегда хватает. Однако, те, что действуют на семью в последние годы, имеют свою специфику. Вот некоторые из них:
  • Нестабильная экономическая, политическая обстановка в обществе, социальное давление, эдакий общественный невроз;
  • Давление обязательств по работе, "долговая" нагрузка на семью в виде, например, ипотечных и других кредитов (тяжёлая плата за попытку таким образом дифференцироваться от расширенной семьи);
  • Дистанцирование и часто эмоциональные разрывы с членами расширенной семьи, в частности, с отцами, и специфические отношения со сверхвовлеченными матерями, что приводит к дефициту эмоциональной и всяческой другой внутрисемейной поддержки [5];
  • Максимальная загруженность всех членов семьи, каждый как бы является трудоголиком (дополнительные работы у папы, учёба и работа у мамы, дети, перегруженные уроками, кружками, занятиями): необходимый ресурс просто не успевает восстанавливаться, к тому же заботиться о себе не является большой ценностью в нашей культуре. Надо разбиться в лепешку, и тогда ты – герой. Когда вся семья – "в лепешку" – резервы семьи истощаются, и некому оказывать поддержку, "хранить очаг".
Боуэн, выделив в своей "Теории семейных систем" параметр "социальная регрессия", отмечает: "..эмоциональные проблемы общества имеют сходство с эмоциональными проблемами семьи" [1]. И ещё: "Понятие социальной регрессии постулирует, что тот же процесс развивается в обществе; что мы переживаем период возрастания хронического социального беспокойства; что общество реагирует эмоциональными решениями для снижения текущей тревоги; что результатом этого являются симптомы дисфункций; что усилия по смягчению этих обстоятельств приводят к более аффективным законодательным инициативам, что ещё больше усложняет проблему; и что этот цикл повторяется аналогично тому, как семья идет через подобные циклы к состоянию, которое мы называем "эмоциональным заболеванием" [1, с.222]). Боуэн писал об этом более 50-ти лет назад, но именно эти процессы в выраженной форме имеют место и сейчас.

Некоторые выводы

Именно сочетание факторов разного типа, на мой взгляд, приводит к тому, что проявляется "феномен усталости в браке".

Во-первых, это действие нормативного (и неизбежного) супружеского кризиса, в результате которого супруг перестаёт идеализировать другого супруга, начинает воспринимать иначе и себя, дифференцированность семьи значительно снижается при повышении уровня тревоги и возникают предпосылки для усиления влияния на семью нижеописанных факторов.

Во-вторых, внешнее давление, выражающееся в повышенной средовой тревоге, значительно влияющей на способность семейной системы отфильтровывать вредные "ядовитые" влияния извне (здесь я также отмечу, что влияние данного фактора усиливает действие остальных).

В-третьих, слабо развитая способность семьи эффективно коммуницировать друг с другом, мешающая семье меняться, непрозрачность подсистем, проще говоря, невозможность понятным образом сообщить партнеру о своих внутриличностных процессах, наличие дезориентирующих установок в отношении взаимодействия с супругом, также ведёт к накоплению напряжения в отношениях и, как всегда при хроническом дистрессе – усталости от них.

Литература:

1. Боуэн М. Теория семейных систем Мюррея Боуэна. Основные понятия, методы и клиническая практика – М., Когито-центр. – 2005.
2. Витакер К. Полночные размышления семейного терапевта – М., Класс. – 1998.
3. Витакер К. За пределами психики – М, Класс. – 2000.
4. Палей А.И. Отношения клиент-психотерапевт: "место встречи" и пути к нему.
5. Петрановская Л. Травмы поколений.

Источник

Метки: Развод, Семья, Брак,

Оцените материал:
Чтобы сообщить об ошибке, выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Читать по теме:

|

Читать по теме:

|
Успешная регистрация

На Ваш Email отправлена ссылка
для подтверждения регистрации!

Успешное подтверждение регистрации

Теперь необходимо авторизоваться

Авторизация
Восстановление
пароля
Восстановление
пароля
Письмо успешно отправлено на указанный вами адрес.
Регистрация
Регистрация
для специалистов
На данный момент возможность регистрации организаций не доступна. Мы запустим этот функционал в ближайшее время.
Написать сообщение
Запись на приём