Реклама

Не придумывай себе травму!


Уже не первый день в фейсбуке обсуждают отрывок из выступления лектора Константина Дуплищева. Я не буду спорить, вырван ли этот фрагмент из контекста, стоит ли лектору переходить на "ты" со слушателями в процессе дискуссии, зачем были приведены провокационные и неуместные примеры. Но мне очень бы хотелось написать несколько слов о концепции "травмы не существует, пока психолог её клиенту не придумал", мне кажется, это более мягкий вариант выражения "да хватит себе уже проблемы-то надумывать".

Эту идею достаточно часто транслируют те или иные специалисты, как в публичном пространстве, так и в частной работе. В наших краях концепция имеет серьезных успех, мне кажется, в первую очередь потому что звучит в унисон с голосом внутреннего критика, который живет в голове у многих с самого детства. 

Что же не так с этой идеей?

Пусть психология наука молодая и в ней достаточно разных противоречивых концепций и теорий (студенты, особенно имевшие первое техническое образование, часто жаловались мне во время лекций по теории личности и спрашивали "Ну какая правильная-то теория в итоге"), но всё же некоторые вещи уже доказаны и являются базовыми, как законы Ньютона. 
Реклама

Попробую поспорить с тремя основными пунктами теории заговора психологов, видящих везде травму.

Травматические события влияют на всех по-разному, поэтому… (тут каждый поставит вывод в меру своих желаний).

Звучит очень логично и, конечно же, нет двух психологически идентичных людей (близнецовые исследования нам в помощь). Но ключевое слово здесь влияют. Да, есть случаи, когда человек падал с седьмого этажа и оставался жив и даже мог ходить. Будем ли мы говорить, что такое падение не опасно или скидывать кого-то со словами "вчера только слышала на лекции по травматологии мальчик упал и ничего"?

Да, травма – это ресурс минус событие(я) и если ресурса недостаточно и результат этого уравнения отрицательный, мы имеем травму. 

Чем больше это отрицательное число по модулю, тем глубже травма. Ресурс, в свою очередь, – это сложная связь генетики, среды и случайностей, который ещё и постоянно меняется со временем в ту или иную сторону. Среда в свою очередь – это и политика, и общество, и общественные институты, и конечно же взрослые люди, готовые быть донором ресурса.
Реклама

Рассмотрим пример, когда ребенка неделю дразнили в школе одноклассники. Если это ребенок из любящей понимающей семьи, если родители безусловно встают на его сторону, если учитель принимает меры и общество в целом не считает школьный буллинг нормальным, а ребенок проговаривает случившееся с теми, кому доверяет (взрослыми и детьми), то может ли это событие не превратиться в травму? Вполне. Нормализует ли история без "последствий" сам буллинг как явление? Нисколько.

Если человеку не сказали, что это травма, он живет и всё нормально.

Тут несколько аспектов. 

Во-первых, чем раньше случилась травма, особенно если речь идет про ранее детство, довербальный период, тем, конечно же, сложнее травма для осмысления. Мы не только думаем языком, но и помним языком – феномен младенческой амнезии (то, что мы не помним себя с момента рождения до 2-3-х лет) во многом объясняется тем, что невербальный человек не может ни запоминать, ни вспоминать в привычном нам смысле, так как мир мы "видим языком". 

Но можем ли мы говорить, что депривация, например, оставление ребенка матерью с последующей передачей в детский дом, где будут сменяться люди и не будет одного заботящегося человека, с кем он бы мог установить здоровую связь, не будет травмой? 
Реклама

Неужели только десяти процентам бывших детдомовцев удается наладить нормальную жизнь лишь потому, что им не рассказали, что у них травма, а остальные 90 погибли на сеансах психотерапии?

Во-вторых, именно формулирования проблемы – первый шаг к её преодолению. Понять, что со мной что-то случилось смещает фокус с токсичного "со мной что-то не так" – и это уже высвобождает много ресурса.

В наше времена под бомбами рожали и ничего

Общественный консенсус по вопросу, что можем считать травматичными событиями, а что нет – отдельный важный разговор. Если присмотреться, то в выражении про "рожали под бомбами" мало того, что задается уровень, начиная с которого человеку позволено жаловаться, так ещё и этот уровень объявляется точкой ноль "тяжко, но ничего". Такой подход – это, в первую очередь, феномен ошибки выжившего (сколько людей погибло, сошло с ума, не дожило до окончания любой войны – посчитать невозможно).

Но, тем не менее, где-то в воздухе витает список, по какому поводу можно страдать, а по какому нет. И тут человек, который и так изменен травмой, на физическом уровне его мозг работает иначе, попадает в ловушку. Как мы знаем, один из защитных механизмов психики у людей, переживших травму – это диссоциация, раненая психика "выбирает" такую стратегию, чтобы хоть как-то стабилизироваться. 
Реклама

И получается, что человек и так далек от сигналов своего тела на всех уровнях – психическом и физическом, пытается ориентироваться на внешние, – а ему ещё и говорят не верить своим ощущениям, ведь бомбы-то с неба не сыплются, не может быть тебе плохо.

Например, человек бывает так диссоциирован со своим чувством голода, что не просто не способен испытывать насыщение, а прекращает есть, только когда начинается рвота от переполненности желудка, при этом искренне считая это единственным способом взаимодействия с едой. Очень трудно ориентироваться на свои ощущения, если травма их заблокировала. Еще труднее понять что из происходящего с тобой нормально, а что нет.

Травма вообще задаёт новую норму – это её самое токсичное свойство, потому что она действует уже не только на самого человека, её пережившего, но и на несколько поколений вперед, пока не найдется тот, кто сможет остановить её на себе.

***

В общем, можно долго рассуждать, приводить исследования и ссылки, посыпать голову пеплом от сожженных научных статей. Но есть ещё один очень субъективный, очень человеческий фактор, который мне так горько видеть в проповедниках теории "хватит себе всё придумывать, нет у тебя ничего, просто нужен волшебный пендель". 

Во всех их рассуждениях, когда они выстраивают фильтры по только им ведомой шкале и решают у кого "проблемы", а кто так, "ноет просто", присутствует какой-то страх: будто сочувствие и эмпатия – некий конечный редкий ресурс из Красной книги и не дай Бог поделиться им с недостойными, тогда на "настоящую" боль не хватит. Будто они постоянно решают дилемму вагонетки – этим мы сочувствуем, а эти травмой не вышли. 

Неужели так страшно "ошибиться" и по-человечески отнестись к переживаниям любого, кто об этом просит? Неужели, они верят, что вниманием и сочувствием можно человека – взрослого или ребенка – испортить? 

"А если человек все врёт и манипулирует", – спрашивают они. Господи, как же это плохо должно быть этому человеку, как же он должен нуждаться в простом внимании и сочувствии, что ему приходится добиваться базовых человеческих вещей ложью.

Метки: Психическая травма,

Оцените материал:
Чтобы сообщить об ошибке, выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Читать по теме:

|

Читать по теме:

|
Успешная регистрация

На Ваш Email отправлена ссылка
для подтверждения регистрации!

Успешное подтверждение регистрации

Теперь необходимо авторизоваться

Авторизация
Восстановление
пароля
Восстановление
пароля
Письмо успешно отправлено на указанный вами адрес.
Регистрация
Регистрация
для специалистов
На данный момент возможность регистрации организаций не доступна. Мы запустим этот функционал в ближайшее время.
Написать сообщение
Запись на приём