Реклама

Нормализация насилия: почему она не уходит?

1 Сентября 2020
1183


Автор: Анна Топилина.

Когда речь заходит о домашнем насилии, многие удивляются – как она может такое терпеть? Как до такого вообще дошло? Почему она не уходит? Ну и где собственно были ее глаза, что она нашла себе на голову такое счастьице и нарожала от него пару-тройку детишек? Ответ здесь прост и незамысловат, нужно только разобраться в механизмах, согласно которым функционирует домашнее насилие.

Самое первое и самое важное: ни один домашний боксёр и доминатор не начинает отношения с критики, унижений и плюхи под рёбра. А если и пытается начать – отношений из этого, как правило, не получается. Отношения, которые позднее выливаются в абьюз, в большинстве случаев начинаются со сказки – с внимательного заботливого (ну немножечко душного, ну подумаешь) ухажёра, который устраивает своей даме сердца небо в алмазах. Красивые ухаживания, подарки, любовь до дрожи в коленках, удовлетворение каких-нибудь хитрых потребностей, о которых никто из предыдущих мужчин даже не догадывался (это может быть как секс, так и что-то совершенно другое, покровительство и опека, например) и прочая реализация девичьих фантазий. И если вы думаете, что сами смогли бы на этом этапе распознать в мужчине-мечте насильника – подумайте ещё раз.
Реклама

Когда женщина как следует "подкупается" этим фейерверком, развивает сильную привязанность и попадает в эмоциональную зависимость от мужчины, начинается то, что в последствии станет домашним насилием. И нет, опять же, оно никогда не начинается с хука справа. Процесс проникновения насилия в отношения называется "процессом нормализации насилия" и стоит он на трёх китах – стирание и сдвигание границ, изоляция, уничтожение самооценки. Конечно же, все эти процессы тесно переплетены и не существуют по отдельности, но давайте все же разберём эту мелодию по нотам.

Итак, сдвигание границ. Речь идёт как о личных границах женщины, так и о ее границах нормы. Во-первых, партнёр постепенно просачивается во все сферы жизни – зачастую под видом участия, заботы и неподдельного интереса. "Я заберу тебя с работы, на улице темно" может быть первым шагом к "ты опоздала на пять минут, с кем ты там е****сь, шалава?". "Идёшь с подружками в бар? Можно я присоединюсь, мне очень интересно с ними познакомиться?" может быть началом "Никуда ты не пойдёшь, эти суки на тебя плохо влияют, я сам видел". И так далее и до бесконечности. Мужчина постепенно проникает везде, в финансовую, рабочую, личную жизнь женщины, и постепенно расширяет там своё влияние, превращая заботу в контроль.
Реклама

Ещё заметнее это становится, когда мы говорим о границах нормы. В начале отношений одной поднятой брови может быть достаточно, чтобы женщина "одумалась" и не пошла на встречу с подружками, которые не угодны партнёру ("ну милая, как же я тут без тебя буду скучать весь вечер, я очень хочу провести с тобой время"), не надела неугодную юбку, перестала тратить деньги на себя и т.п. А потом личинка насильника потихоньку, миллиметр за миллиметром тестирует все более жесткие меры – повышенный голос, окрик, тычок под рёбра, удар. И поскольку этот процесс происходит очень медленно – и параллельно с другими двумя процессами, про которые я ещё расскажу, жертва варится заживо, как лягушка в молоке.

Далее, изоляция. Изоляция – это краеугольный камень любого насилия и тиранства. Для того, чтобы получить полный контроль над жертвой, насильнику нужно позаботиться, чтобы хотя бы на ранних этапах процесса никто не вмешался в его планы (нет, они вряд ли делают это специально, да, человек в целом – довольно манипулятивный и интеллигентный вид и отлично умеет делать гадости, "идя по приборам"). Поэтому в ход идёт отстранение жертвы от ее социального круга – родителей, подруг, коллег. "Маме будешь звонить, да?" (сказал котик и у котика так перекосило лицо, что ты сразу расхотела – а потом стала звонить реже и реже, чтобы не расстраивать любимого). Сюда же идёт постепенное очернение близких людей в глазах жертвы. И ревность – редко какое насилие обходится без контроля на почве ревности, когда проще перестать куда-либо ходить, чем терпеть истерики, допросы, слёзы, или даже побои.
Реклама

Но изоляция касается не только общения и социальных контактов. В первую очередь она касается всего того, что даёт жертве независимость и уверенность в собственных силах. "Я так хочу от тебя ребеночка, но нашим детям же надо только самое лучшее, правда? Поэтому тебе лучше бросить работу, она у тебя нервная, я нас всех обеспечу". "Тебя и так на работе не уважают, приходишь нервная, злая, это вредит нашим отношениям, любимая, я хочу чтобы ты была счастлива". "Да сколько ты там зарабатываешь, сиди дома, отдыхай, я о нас позабочусь". То же самое касается хобби и увлечений. А ещё – саботажа контрацепции и активного желания деток. Побольше и побыстрее. Таким образом, медленно и незаметно, женщина оказывается с двумя погодками, без копейки и возможности ее заработать, в ситуации, где последняя подруга сдалась и перестала звонить.
Реклама

Ну и тут появляется вишенка на торте, без которой весь этот праздник жизни был бы невозможен. Уничтожение самооценки. И, опять же, нет, никто с порога не говорит "ты тупая уродливая дура, будешь со мной встречаться?". Начинается все с дружеских шуточек, высмеивания, иронии, обесценивания достижений, преуменьшения усилий. С уколов малюсенькими иголочками, которые потом становятся дрелью с гигантским сверлом.

Основной посыл этой "дрели" всегда один: а) ты во всем виновата, с тобой невозможно вести себя по-другому, ты не достойна ничего другого, ты провоцируешь, ты ненормальная, любой бы так поступал на моем месте; б) ты такая страшная, толстая, больная, глупая, неуспешная, старая, you name it, что ты должна быть мне благодарна, что я вообще снисхожу до тебя – ни один другой мужчина на тебя и не посмотрит. Ну и все вариации этих месседжей – их обычно много и бьют они всегда по самому больному: по тому, что женщина раньше считала своими сильными сторонами или по тем уязвимостям, о которых женщина рассказала партнёру в ситуации доверия.

Эти три "техники" довольно быстро приводят к тому, что мы имеем типичную жертву – которой некуда идти, неоткуда брать деньги, не к кому обратиться, которая верит, что ее насильник – душечка, а она во всем виновата, к тому же – часто обвешенную детьми и кредитами. Если добавить сюда чисто эмоциональный механизм "качелей", про который только ленивый не писал – постоянное метание между насилием и любовью/заботой, американские горки эмоций, которые создают сильнейшую привязанность и почти наркотическую зависимость – получается полная картина. Картина, в которой "женщина-мазохистка" почему-то не уходит от человека, который вытирает о неё ноги.
Реклама

Хотя нет, подождите, не полная. Полной она станет, если мы вспомним, насколько стыдно в нашем обществе быть жертвой. Насколько немыслимо признаться, что тебя бьет или унижает собственный муж/бойфренд, которого до этого все окружение считало идеальным мужем и отцом. А ещё – сколько вины за то, что с тобой произошло, на тебя повесят. А не довела ли ты его? А почему ты раньше не ушла? А зачем ты с ним вообще отношения завела? А детей столько зачем народила? А ты что не видела? Как можно было? Стыд, стыд, вина. И все насилие, как обычно – ответственность женщины, которая уже достаточно разбита и наполнена стыдом, чтобы вынести ещё немного.

По статистике, среднестатистической жертве домашнего насилия требуется семь попыток ухода для того, чтобы раз и навсегда покинуть насильника. Семь. В среднем. И это не потому, что ей нравится то, что происходит. Не потому, что она глупая. И не потому, что мазохистка.

Домашнее насилие – это одна из сильнейших травм, которую вообще способен понести человек. Когда тот, кому ты доверяла и кого любила, вытирает о тебя ноги, уничтожает и растаптывает – перемежая при этом сеансы уничтожения ярким сексом, заботой, любовью. Даже самая крепкая психика от этого ломается, сбиваются приборы, и человек без сторонней помощи уже не может определить, где верх, где низ – где хорошо, а где плохо. Не может вырваться из замкнутого круга, не может посмотреть на ситуацию со стороны.

Работа с такими женщинами требует огромного терпения, и состоит из одних фрустраций. Побыть "спасителем на белом коне" и вытащить кого-то из многолетнего плена с одного наскока, скорее всего, не получится. И с двух, пяти, десяти может не получиться. И потешить своё эго – как профессиональное, соцработническое, так и личное, человеческое – скорее всего тоже. Но это не значит, что лучше и не пытаться. Каждая капля, падающая на другую чашу весов – важна, потому что все соломинки рано или поздно переломят хребет верблюду. И женщина уйдёт.

А пока она ещё "там", самое меньшее, что вы можете сделать – это просто ее не стыдить. Стыда в ее жизни и так достаточно.

Метки: Домашнее насилие, Абьюз,

Оцените материал:
Чтобы сообщить об ошибке, выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Читать по теме:

|

Читать по теме:

|
Успешная регистрация

На Ваш Email отправлена ссылка
для подтверждения регистрации!

Успешное подтверждение регистрации

Теперь необходимо авторизоваться

Авторизация
Восстановление
пароля
Восстановление
пароля
Письмо успешно отправлено на указанный вами адрес.
Регистрация
Регистрация
для специалистов
На данный момент возможность регистрации организаций не доступна. Мы запустим этот функционал в ближайшее время.
Написать сообщение
Запись на приём