Расставание со сказкой

13 апреля 2017
10666

Геннадий Малейчук

Психолог, гештальт-терапевт

Сейчас много пишут о внутреннем ребенке. О важности его принятия в целостный образ Я для того, чтобы быть способным радоваться, любить, чувствовать. Я хочу в этой статье обратиться к внутреннему родителю – образам родителя, содержание которых оказывает огромное влияние на жизнь человека.

Взрослые дети
продолжают жить в жизни-сказке
в  ожидании волшебства 
Из текста статьи

Мир как образ

Жизнь человека во многом определяется его субъективными представлениями о реальности – ее репрезентациями во внутреннем мире – образами мира или его картиной. Образ мира и его компоненты – образы Других, образ Я, формируясь в процессе жизни, становятся теми линзами, через которые преломляется реальный мир. 

Эти образы и становятся для человека реальностью – его субъективной реальностью. И другой реальности для него и не существует. В этой связи мы можем с уверенностью утверждать, что образ важнее реальности. Человек строит свои отношения с миром и его объектами через призму их образов или внутренних феноменов.


Образ родителя является частным аспектом образа Другого. Родители являются важными объектами в жизни ребенка, и он в процессе контакта с ними, безусловно, создает их образы. Так реальные родители становятся феноменами внутреннего мира ребенка – образами его родителей.

Эти образы могут в разной степени соответствовать родителям как реальным людям. Чем выше степень их несовпадения, тем более проблемными оказываются отношения с родителями у ребенка и в целом с миром. Рассмотрим подробнее качественное содержание образа родителя.

Родитель как образ

Важным критерием здоровых гармоничных отношений с родителями является наличие к ним разнонаправленных по модальности чувств средней интенсивности. Человек является автономным субъектом жизни том случае, когда к родителям у него есть разные чувства:  любовь и злость, благодарность и обиды, но сила этих чувств не «отвлекает» его от собственной жизни. Образ родителя в этом случае является дифференцированным и целостным и соответствует реальному родителю (в высокой степени совпадает с ним).

Наличие чувств  лишь одной модальности (только любовь, только злость и т.д.) говорит о том, что человек остается в отношениях зависимости от родительских образов. Чем больше интенсивность чувств к родителям – тем больше степень зависимости от них. Очень сильная любовь или очень сильная обида в данном случае  - маркеры сильной зависимости от родительского образа.


Эмоционально нагруженные образы родителя отнимают у ребенка энергию от других объектов мира и в целом от его собственной жизни. Ребенок в этом случае живет жизнью родителей. В данном случае образ родителя перестает быть целостным и оказывается расщепленным на «хорошего» и «плохого» родителя.

Еще более сложной является та ситуация, когда родители или один из родителей отвергаются ребенком со следующим посланием: «Ты мне не отец», «Ты мне не мать». В этом случае создается впечатление его полной независимости от родителя. На самом же деле, образ родителя оказывается сильно расщепленным. Реальный родитель становится плохим, недостойным, воображаемый же оказывается в высшей степени идеализированным и притягательным Ребенок в этом случае всю жизнь ищет «хорошего» родителя. Такие люди часто оказываются в ситуации депрессии: отсутствие реальной связи с реальными родителями лишает их жизненной энергии – на идеальный образ опереться сложно.


Первоначальный образ родителя (на это указывают представители теории объектных отношений) расщеплен на «хорошего» и «плохого». (Хорошая грудь-плохая грудь, хорошая мать – плохая мать). В случае здоровых детско-родительских отношений родитель доступен для реального контакта и в этом контакте проявляет себя как разный, не идеальный, способный делать ошибки и признавать их. Достаточно хороший родитель (у Виникотта - достаточно хорошая мать) – сомневающийся, ошибающийся, эмоциональный, одним словом – живой. В результате такого контакта у ребенка происходит интеграция двух полярных образов объекта в целостный и непротиворечивый образ.

Образ родителя остается расщепленным в том случае, если родитель оказывается недоступным для реального контакта. Подобная ситуация может складываться в следующих случаях:
  • родитель старался быть идеальным, правильным, не выходил из образа хорошего родителя. Ребенок не встречается с реальным, «живым», неидеальным родителем, а лишь с его идеальным образом;
  • родитель был реально плохим (родители психопаты, алкоголики). Реальный родитель не может быть принятым в качестве образа и замещается в психической реальности воображаемым, идеальным образом;
  • родитель отсутствовал (ребенок воспитывался одним родителем либо вообще без родителей). Встречи с  реальным родителем не было. Ребенок «контактировал» с воображаемым родителем;
  • родитель рано ушел из жизни. Ребенок не успел де-идеализировать родителя, разочароваться в нем и встретиться с ним как с реальным объектом. В его памяти остался его идеальный образ.
Во всех вышеперечисленных случаях по разным причинам у ребенка нет опыта разностороннего, интенсивного контакта с реальным родителем и его образ не оказывается интегрированным в целостный, а остается расщепленным, полярным.


В здоровых детско-родительских отношениях ребенок постепенно разочаровывается в родителе, происходит неизбежно процесс свержения его с трона или де-идеализация. Проходя через этап разочарования, ребенок встречается с неидеальной реальностью. Это позволяет принять реальный образ родителя, встретиться с ним с как реальным человеком и в итоге разочаровавшись, «переключиться» на собственные внутренние ресурсы. 

В нарушенных детско-родительских отношениях ребенок продолжает удерживать идеальный образ родителя, не отпускает его. В жизни ему невозможно опереться на реального родителя, он не может принять такую его реальность. Реального родителя в этом случае принять невозможно. Разочарования не происходит. Для этого необходимо одновременно  много поддержки со стороны реального родителя. У ребенка остается тоска по хорошему родителю и он всю жизнь находится в его поиске. И ему невозможно переключиться в режим самоподдержки.

Расставание со сказкой


Волшебный родитель

Идеальный родитель в описанном выше случае остается сказочным родителем, обладающим волшебством. У  ребенка (вне зависимости от возраста) остается надежда на волшебство. Реальных родителей в этом случае не оставляют в покое – на них злятся, обижаются, ненавидят – потому что ожидают от них этого волшебства, не получают его, но не теряют надежды его получить.

 В случае же реального отсутствия родителей все равно остается образ сказочного идеального родителя и надежда. Такие уже взрослые дети продолжают жить в жизни-сказке. Эта сказка далеко не всегда бывает приятной. Но такая жизнь все равно остается сказкой из-за присутствия в ней установки на волшебную помощь извне - «вот придет хорошая, безусловно добрая мама, хороший безусловно поддерживающий папа и решит мои проблемы».

В реальных сказках всегда есть конец сказки. Конец сказки – рубеж. За которым сказка с ее необходимым элементом – волшебством – заканчивается. А дальше начинается реальная жизнь, в которой не стоит ожидать извне волшебной помощи, а лучше надеяться и опираться на свои собственные силы – свой опыт, знания, умения.

Терапия

Терапия такого типа клиентов достаточно непростая. Мы имеем дело с психологически незрелым клиентом с детской установкой к другими людям и в целом к жизни. Эту установку клиент будет пытаться подтвердить и в терапии.

Непросто расставаться со сказкой, так как сложно отказаться от идеи волшебного изменения жизни извне. Детская магическая инфантильная установка к жизни сохраняет веру в волшебную помощь извне – кто-то придет и решит твои проблемы. Этим «кто-то» может быть любой, значимый для клиента человек – супруг, начальник, президент… На этого другого проецируются функции идеального родителя.

В терапевтических отношениях таким всемогущим Другим становится терапевт. На него клиент проецирует образ всемогущего, волшебного родителя. Он наделяется качествами такого волшебного спасателя, способного качественно изменить его жизнь.


Я называю такую терапию терапией взросления.

Взросление – это переключение установки ожидания изменений в жизни извне на внутреннюю установку, с опорой на себя. Для этого клиенту необходимо расстаться с иллюзиями, идеальными образами мира и встретиться с реальным родителем и реальным собой.

Расстаться с иллюзиями, как уже отмечалось непросто.   Расставание со сказкой – расставание с детством. Терапевт в этом случае выполняет родительскую функцию встречи клиента с реальностью. А для этого клиенту необходимо получить опыт разочарования.

Разочарования в том, что мир не идеален и в этом мире безусловная, жертвенная любовь возможна только от матери. И не каждая мать способна на такую любовь. А если и способна, то лишь в небольшой период своей жизни.  И это правда жизни.

И это осознание нужно пережить и принять. Принять этот мир с его условной любовью, где тебя будут ценить за твои реальные поступки, за смелые ответственные решения. И отказаться от детской сказки с ожиданием волшебства извне.

И впечатлиться, что взрослый человек сам является волшебником в своей сказке под названием Жизнь!

Метки: Инфантильность,

Оцените материал:
Чтобы сообщить об ошибке, выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Читать по теме:

|

Читать по теме:

|
Успешная регистрация

На Ваш Email отправлена ссылка
для подтверждения регистрации!

Успешное подтверждение регистрации

Теперь необходимо авторизоваться

Авторизация
Восстановление
пароля
Восстановление
пароля
Письмо успешно отправлено на указанный вами адрес.
Регистрация
Регистрация
для специалистов
На данный момент возможность регистрации организаций не доступна. Мы запустим этот функционал в ближайшее время.
Написать сообщение
Запись на приём