Случай из практики: фотография с сыном

29 октября 2016
4089

Евгения Карлин

Доктор психотерапевтических наук, психолог (Рига)

От автора: Фрагмент случая из личной практики. Тема отца и сына. Имя клиента изменено, публикация фрагмента приводится с его разрешения.

«Лучшее, что отец может сделать для своих детей, – это любить их мать»

Теодор Хесберг. «Отцы и дети».


Несмотря на то, что пришел он несколько заранее и ждал в коридоре, войдя в мой кабинет, выглядел запыхавшимся. Он не мог найти себе место, как физически: суетился, менял положение рук, постукивал ногами о пол, так и морально: был на взводе, не понимая, что делать дальше.

– Эта дрянь забрала сына!

Он начал говорить сам, смотря в окно, теребя в руках мобильный телефон, звук которого только что отключил. Я видела еще не погасшую заставку его экрана – совместный портрет его с круглолицым мальчуганом.

– Это то, чего я боялся больше всего. Боялся, но ждал! Понимаете?


Я мало, что пока понимала в его ситуации. Лишь видела, что мужчина, сидящий напротив меня, испытывает острейшую боль, ужас и злость от возможности потери сына.

Олег (имя условно) молодой бизнесмен четыре года жил «гражданским» браком с женщиной младше себя на семь лет (сейчас ему 34, а ей соответственно, 27). Два года назад у них родился ребенок, сын – очень долгожданный для Олега.

Малыш стал центром жизни отца. Все свободное время он проводил вместе с ним, критиковал отношение к ребенку жены («Она могла оставлять его без присмотра в комнате, не сразу приходила на плач», «Могла сидеть в компьютере, а не заниматься его развитием»).

Олег двойственно отнесся к тому, что жена перестала кормить сына грудью на третьем месяце («Уверен, она просто ленилась, хотя я был рад, что теперь мог сам кормить его смесью»).

Слушая его рассказ о жизни в семье, обращаю внимание (пока что про себя), что в ней очень много его самого и ребенка, тогда, как мать ребенка воспринимается не как женщина, человек, жена, но как функция, обеспечивающая появление его сына.

– Я всегда мечтал о сыне. Если бы Вы знали, как я ждал его. Я представлял, как мы будем вместе играть, гулять, как я научу его всему, что умею сам. Как мы будем вместе путешествовать. С первой минуты его жизни я запечатлевал его, чтобы он видел как он меняется, как я рядом с ним.


Олег говорил потоком: чувства, воспоминания, мечты, страхи, сомнения, все лилось из него вместе со скупыми мужскими слезами, которые он тщетно пытался сдерживать вначале, а потом уже, не обращал на них внимания.

Выглядел он беззащитно и как-то по-мальчишески уязвимо, продолжая смотреть в сторону от меня, и все теребя в руках мобильный телефон.

– Я обратила внимание, – сказала я когда, он замолчал, – Что Вы не выпускаете из рук телефон. На экране – фотография вашего сына.

– Да, – он включил экран и показал фотографию мне, – Это я и он. Мы так много времени были вместе. Хотите покажу?

Не дожидаясь моего ответа, он открыл файл с телефонными фотографиями. Это было поразительно: сотни практически идентичных снимков: он и сын, вместе крупным планом (чаще всего сэлфи): в шапках, без шапок, улыбающиеся, серьезные, удивленные, смущенные. «Видите, что он значит для меня?!»

– У вас поразительно много фотографий.

– Я фотографировал его каждый раз, каждый день, когда мы были вместе. Видите: только я и он.


Почти все фотографиивы вдвоем. Что значит для вас фотографироваться вместе с сыном?

Он первый раз за эту встречу переводит взгляд на меня (удивленный, разочарованный) и «не услышав» вопрос о значении, ответил о причинности: «Вы что не понимаете?! Он всё для меня. Поэтому фотографирую».

Мы договорились встретиться через неделю, но спустя два дня Олег позвонил мне по телефону. «Извините, я не хотел беспокоить, но мне очень плохо. Я всю ночь не спал. Купил в аптеке таблетки, чтобы успокоиться, но ничего не помогает меня всего трясет. Весь прошлый вечер прождал их у подъезда ее матери, трубку она не берет». Он попросил меня принять его раньше и я предложила «окно» на следующий день.

Ситуация, которая разворачивалась в его жизни, в своей сущности не была трагической. После периода ссор с женой, которая чувствовала себя «лишней» в тандеме отец-сын, а также судя по рассказу, испытывала обиду за то, что Олег не хотел официально жениться, она решила некоторое время пожить у матери и дать ей время подумать и не звонить, хотя бы несколько дней, но будучи финансово зависимой от Олега, просила о перечислении денег.

– Она так и не соглашается привезти сына ко мне. Я сказал пусть думает, сколько хочет, но сын должен жить у меня! Она может просто игнорировать мои звонки, говорит, что я спятил. Может, я правда, сошел с ума. Не могу не есть, не пить, не работать. А если она заберет его? Я как идиот сижу и жду перезвонит она или нет. Ей нужны только деньги.


Жена ушла две недели назад. В последние несколько месяцев они часто ссорились. По словам Олега, она обвиняла его в эгоизме, том, что он не обращает на нее никакого внимания и думает только о себе. «Я столько времени посвящаю сыну.» – это был важнейший для него аргумент.

– Я слышу, как много значит для Вас сын, я также слышу сильнейшую злость, непонимание, возмущение в адрес жены.

– Она мне не жена!

– А кто тогда?

– Не знаю.

Мы говорим о том, кем могла чувствовать и чувствует себя она в его жизни. Теперь уже вслух обращаю внимание на то, что в его рассказе о семье, даже до того периода, когда они стали ссориться, присутствует лишь он и сын, его сын. Но это их сын. И любит и нуждается он в обоих: и в отце, и в матери.

Я возвращаюсь к фотографиям, которые он показывал в прошлый раз, к тому, что так сложно выпустить из рук телефон, потому как это еще один способ «отпустить» сына.

– Я обратила внимание, что на фотографиях только вы вдвоем. Делали ли вы фотографии втроем? Или снимки матери и сына?

Олег ответил, что да, но таких фотографий, действительно, мало.

Спустя неделю Олег снова вошел в мой кабинет.

– Я пересматривал свои детские фотографии, – начал он, – Всего одна фотография с отцом.


Он замолчал, глядя в окно. Сегодня он выглядел спокойнее, но меж тем, словно тяжелее, угрюмее. На улице шел дождь и крупные капли бились о подоконник. Я не хотела нарушать паузу и ждала.

– Мой отец бросил нас с матерью, когда мне было три. Чуть больше, чем сыну сейчас. Только одна фотография. Одна фотография – все, что осталось.

Он рассказывал о том, как рос без отца. Как не мог даже расспросить мать о нем, потому, как отец был «негодяем», а сама тема воспоминания – табуирована.

Что отец испортил матери всю жизнь, что она испытывала из-за него огромный стыд перед своими родителями, что он был гулящий в конце концов бросил их из-за «юбки».

– Но вы знаете, сказал он с печалью, я вчера рассматривал эту единственную фотографию и все не мог уйти от ощущения, что он смотрит на меня… смотрит на меня, с любовью.

Вместе с потерей своего сына, Олег снова остро переживал потерю собственного отца. Он был не только отцом, терявшим сына, но и испуганным потерянным сыном своего собственного «негодяя» отца.

Вам кажется я слишком много фотографировался с сыном? – спросил он в конце нашей встречи, – Иногда мне и самому так кажется. Но знаете, это лучше, чем одна фотография. Множество фотографий, где я с ним, как факт, доказательство, что я хороший отец, а не «подлец», «негодяй», если когда-то мы будем не вместе.

А дальше предстоял определенный путь: мост от прошлого к настоящему, встречи с собственным отцом (его образом, здесь, в кабинете), решение разузнать, жив ли он в действительности: если да, то где и как, пересмотр своего отношения к сыну и жене (да, все таки она была определена таковой), осознание ее обесценивания из-за обиды на собственную мать, отношения к собственному отцовству и понимание того, что оно не измеряется количеством фотографий.

Метки: Детско-родительские отношения,

Оцените материал:
Чтобы сообщить об ошибке, выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Читать по теме:

|

Читать по теме:

|
Успешная регистрация

На Ваш Email отправлена ссылка
для подтверждения регистрации!

Успешное подтверждение регистрации

Теперь необходимо авторизоваться

Авторизация
Восстановление
пароля
Восстановление
пароля
Письмо успешно отправлено на указанный вами адрес.
Регистрация
Регистрация
для специалистов
На данный момент возможность регистрации организаций не доступна. Мы запустим этот функционал в ближайшее время.
Написать сообщение
Запись на приём